©2018 Учебные документы
Рады что Вы стали частью нашего образовательного сообщества.

III Балтийский крестовый поход - Десмонд Сьюард Монахи войны. История военно-монашеских орденов от возникновения до XVIII века

III

Балтийский крестовый поход

1200–1560

Немецкие ордена в Пруссии и Ливонии: Тевтонские рыцари – братья-меченосцы

Семь братьев дома Тевтонского с горсточкой оруженосцев, построив укрепление в Кульмской земле на одном дубе, как говорилось, сначала дерзнули выступить против такого огромного и бесчисленного множества язычников, а со временем, за 53 года, перебили их так, что не осталось ни одного, который не подклонил бы выю свою под иго веры, с помощью Господа Иисуса Христа, благословенного во веки веков. Аминь.

Петр из Дусбурга. Хроника земли Прусской, III, 3

Глава 5

Балтийский крестовый поход

Во всей истории Тевтонского ордена со всей очевидностью проявился немецкий дух: романтические идеалы, осуществляемые с предельной беспощадностью. Предание рассказывает, что в 1127 году в Иерусалиме была основана больница Святой Марии Тевтонской. После катастрофы 1187 года служившие там вошли в состав нового учреждения, полевого госпиталя, основанного в 1190 году купцами из Бремена и Любека во время осады Акры. Их первая штаб-квартира располагалась в палатке из парусины на берегу моря. В 1198 году к ним присоединилось несколько дворян, приехавших с преждевременно оборвавшимся немецким Крестовым походом, и образовали военный орден, названный братством Святой Марии Тевтонской в Иерусалиме. Генрих Вальпот фон Бассенхайм, родом из Рейнской области, стал магистром, орден набрал неофитов и получил устав, аналогичный уставу тамплиеров, но предусматривающий госпитальные обязанности. Братья делились на три разряда: рыцари, священники и сержанты. Рыцари, которым полагалось быть благородными по рождению и немцами по крови, носили белый плащ с черным крестом поверх белой туники; священники носили более длинный вариант облачения, а сержанты – серый плащ с трехконечным крестом. В некоторых больницах был и четвертый разряд – ухаживавшие за больными женщины, они назывались полусестрами.

Иерархия нового братства напоминала устройство ордена тамплиеров. После Великого магистра – хохмейстера шли великий комтур (гросскомтур), маршал ордена (позднее его стали называть гроссмаршалом), госпитальер20, казначей и интендант, которые составляли Большой совет. Генеральный капитул, избиравший магистра, заседал каждый сентябрь в праздник Воздвижения Креста Господня. Командории (комтурства) включали не менее 25 рыцарей под началом пфлегера или хаускомтура. Комтурства провинций образовывали ландкомтурства или баллеи. Немецкими баллеями руководил ландмейстер, чья штаб-квартира располагалась в Мергентхайме в Швабии.

В конце концов эта организация будет повторена во многих частях Европы. Сначала магистр оставался на востоке, а позднее перевел свою штаб-квартиру в Италию, потом в Пруссию и, наконец, в Швабию. В других местах, так как он был так далеко, рыцарями управляли ландмейстеры, и не только эти рыцари в Германии, но и в Пруссии, Лифляндии (сегодняшние Прибалтийские государства), Греции и Италии. Штаб-квартира итальянского ландмейстера была в Венеции.


Тевтонский рыцарь


Священная Римская империя щедро одарила новый орден землями в Германии, Сицилии и Южной Италии, а франкские сеньоры Ахейского княжества дали им и владения в Греции. У тевтонцев не было никакой надежды сравняться с тамплиерами или госпитальерами в Сирии, поэтому они отдали свои силы Армении, где главными их оплотами были, по всей видимости, Амуда – простая башня, построенная по рейнскому образцу, – и Харуния. Царь Левон Великий стал собратом, или хальббрудером (сводным братом) ордена. В 1210 году большинство тевтонских рыцарей погибли вместе со своим третьим хохмейстером Германом Бартом в малоизвестной киликийской кампании. В то время Тевтонский орден состоял максимум из двадцати рыцарей.

Своим величием орден обязан его преемнику Герману фон Зальце21. Он родился около 1170 года и в юности бывал при дворе герцогов Тюрингии, где наверняка приобрел благородные манеры и определенно научился добиваться расположения принцев. В 1219 году король Иоанн де Бриенн за военные успехи и в память о храбрости рыцарей при осаде Дамьетты пожаловал хохмейстеру привилегию носить золотой иерусалимский крест под черным крестом ордена. В 1226 году император Фридрих сделал Германа и его преемников имперскими князьями (рейхсфюрстами), а папа презентовал ему великолепное кольцо, которое затем надевали при посвящении каждого магистра. Герману удалось остаться в хороших отношениях и с папой, и с императором, что свидетельствует о дипломатических талантах Германа; в 1229 году на «коронации» отлученного от церкви Фридриха иерусалимским королем тевтонцы стояли на карауле в храме Гроба Господня, и Герман повторил обращение короля на французском и немецком языках. Недоверчивый и безжалостный Фридрих, как видно, искренне уважал набожного и преданного магистра и способствовал успеху его ордена. В 1229 году была построена вторая его штаб-квартира – Монфор (или Штаркенберг) северо-восточнее Акры. Ее первоначальной функцией была защита узкого коридора, который тогда соединял Иерусалим с морем. Однако у нас недостаточно места, чтобы полностью осветить их деятельность в Палестине, где они неизменно находились в тени тамплиеров и госпитальеров. Немецким братьям пришлось искать свое истинное призвание в Европе.

Король Венгрии Андраш II беспокоился из-за Восточной Трансильвании, которая подвергалась жестоким набегам язычников-половцев. В 1211 году он отдал Тевтонскому ордену свою горную область Цара-Бырсей. Братья, усвоив методы ведения боевых действий, которым научились в Сирии и Армении, построили сеть деревянных крепостей, а тюрки-половцы при этом оказались ни такими же многочисленными, ни такими же умелыми вояками, как их анатолийские сородичи. В 1225 году «Бурценланд» не только был усмирен, но и заселен немцами. Король Андраш заволновался; так или иначе, половцы теперь стали объединяться с мадьярами. Внезапно король вошел в Цара-Бырсей с большой армией и выгнал рыцарей. После громких протестов Герман все-таки начал подыскивать другое место.

В Ливонии, на территории современных Эстонии и Латвии, обитали языческие балтийские и финские племена. На востоке она граничила с русскими княжествами, а на севере, у Ревеля, жили малочисленные датчане. Идея священной войны в Северной Европе была не нова. В 1147 году вездесущий святой Бернар призвал всех немцев к Крестовому походу против язычников-вендов, обитавших за Эльбой. Ливония представляла собой вполне оправданную перспективу для голодных до земли тевтонцев. В 1201 году Альберт фон Буксгевден отплыл из Любека с большим флотом поселенцев и основал Ригу в устье реки Двины, в земле балтийских ливов. Город процветал, и многие ливы обратились в христианство. Тем не менее маленькая колония не могла позволить себе полагаться на защиту бродячих крестоносцев, и в 1204 году Альберт, теперь уже епископ Рижский, основал орден меченосцев, который взял устав тамплиеров. Они носили белое одеяние с красным мечом и красным крестом на левом плече. Их целью было защищать «Мариенланд» («землю Девы Марии»), увековеченный в строках, которые произносил магистр во время церемонии вступления на пост.

Некоторое время считалось, что меченосцы принимали в орден кандидатов незнатного происхождения, однако недавние исследования как будто опровергают эти сведения. Братья ордена были прекрасными солдатами, однако и среди них встречались негодяи, так в 1208 году один из них убил магистра Винно фон Рорбаха22. Для Альберта колонизация земли была не менее важной частью Крестового похода, чем обращение в христианство. Сначала его «братья по мечу» построили Венденский замок в качестве своей штаб-квартиры, затем вторглись в Эстонию с армией из немцев и ливонцев и проникли глубоко в сосновые леса, где разогнали местные племена и их русских союзников; в 1227 году они завоевали остров Сааремаа со святилищем бога Тарапиллы. Немецкие бюргеры обосновались в новых городах, и к 1129 году колония встала на твердое основание к тому времени.

Истинным правителем Мариенланда был епископ, а позднее архиепископ Рижский, и сначала система раздела завоеванной территории между епископом и орденом работала весьма гладко. («Так возникло первое государство ордена», – замечает современный историк меченосцев Фридрих Беннингхофен.) Крупные поместья переходили к немецким дворянам в обмен на военную службу. Вскоре после смерти Альберта Орден меченосцев объявил священную войну против «северных сарацин», и его дела неуклонно шли в гору. Они владели шестью прецепториями, каждой управлял так называемый попечитель (фогт, vogt), их главными оплотами были Венден и Феллин, хотя магистр находился в Юргенхоффе в Риге. По словам священника-летописца Генриха Латвийского, у них также были капелланы. Вскоре они добились независимости от епископа и захватили церковные земли. Их суровые методы правления приводили к недовольству среди подданных, которые неоднократно устраивали мятежи. В 1237 году второй магистр Фольквин Шенк (вероятно, сын правителя Наумбурга) вместе с пятьюдесятью братьями был разгромлен и убит – «сражены среди болот, как женщины» – в битве при Сауле, где им противостояли курши в союзе с литовским князем Миндовгом23.

Тем временем хохмейстер Герман фон Зальца увидел другие открытые возможности. Побережье от Вислы до Немана и его внутренние районы с озерами, болотами, песчаными пустошами и сосновыми борами населяли язычники пруссы – балтийский народ с языком, близкородственным литовскому. Литовцы, жившие в девственных лесах на севере и востоке от Польши, во всем напоминали прусские племена, кроме разобщенности, и на тот момент уже объединялись под началом князя Миндовга. Балты поклонялись идолам в священных рощах и полях и видели проявление божества во всем окружающем мире, в том числе и в собственных животных24. Они приносили человеческие жертвы, которых сжигали или обезглавливали, и на похоронах зарывали животных заживо; мертвых воинов сжигали верхом на лошадях, а вдов нередко заставляли кончать с собой через повешение. Частоколы городов и храмов украшали черепами животных против дурного глаза, а в их мрачных святилищах служили странные жрецы и прорицатели. Привычки в быту у пруссов были настолько же малоприятны, как их религия. Старых, больных, слепых и хромых убивали. Основным времяпрепровождением было распитие медовухи и перебродившего кобыльего молока, а зачастую в племенах пили горячую кровь прямо из кровеносных сосудов собственных лошадей. Междуплеменные войны были обычным делом. Герман решил, что Пруссия станет хорошей подготовкой перед войной с неверными в Утремере.

Набеги пруссов настолько измучили князя Конрада Мазовецкого, что он просто ушел из Хелминской земли. В 1222 году епископы Куявии и Плоцка наняли для государства немецких рыцарей, которые и сформировали новый военный орден для защиты области – Добринский орден, хотя он не добился успеха. Конрад предложил Хелминскую землю Герману, а к ней в придачу любую другую территорию, которую его братьям удастся завоевать. В 1223 году хохмейстер получил от своего друга императора Фридриха II документ, известный как Золотая булла и позднее подтвержденный Римом, согласно которому он отдавал ему эти земли в полную власть при номинальном сюзеренитете папы. В 1229 году туда прибыли два рыцаря и построили на Висле замок Фогельзанг («Птичье пение»), но вскоре погибли от рук пруссов.

Через год один из великих героев Тевтонского ордена вместе с 20 рыцарями и 200 сержантами прибыл вступить во владение Фогельзангом. Это был Герман фон Балк, ландпфлегер (прецептор), чьи боевые навыки могли сравниться с его скромностью и великодушием. Не будет преувеличением назвать Балка настоящим прибалтийским Писарро. Большинство его воинов были добровольцами, которые считали себя крестоносцами, при этом рыцари играли роль и структуры военного управления, и ударных бронированных войск. Император передал ордену земли в Апулии, где были учреждены южноитальянские командории, и снабдил необходимые финансовые ресурсы. Помощь, кроме того, поступила из Богемии и Силезии. Транспорт предоставили любекские купцы, ведущие морскую торговлю. В 1231 году Герман пересек Вислу, взял приступом храм-крепость и повесил вождя пруссов на их же священном дубе. Этот ландпфлегер применял тактику лесных засад, которую использовал сам противник. Сначала пруссы только смеялись над его крохотной армией, но вскоре она стала вселять в них ужас. Белые всадники атаковали их даже в снегу, несясь галопом по замерзшим рекам или возникая из клубов метели, словно зимние призраки, и просторные плащи служили им маскировкой. «Часто под чудным блеском Северного сияния битва шла на льду, который сковывал реки и болота, пока его твердая корка не ломалась под тяжестью воинов, и обе стороны гибли в ледяной воде». Племена, которые бились верхом мечами и боевыми топорами или пешими стреляли из луков, узнали на себе, что страшную атаку этих чужаков-призраков невозможно отразить, и они совсем не похожи на недисциплинированных польских рекрутов. «Пруццы», как звали их немцы, отступали в простые укрепления, с которыми братья легко расправлялись, так как в их распоряжении были баллисты, огромные камнеметные катапульты и арбалеты, чтобы снимать защитников со стен. Балк объединялся с одним племенем, чтобы разгромить другое, так как пруссы, которые добровольно сдавались и принимали христианство, сохраняли свои земли и участвовали в военных действиях в качестве вспомогательных войск. Балк систематически сокращал территорию пруссов между Вислой и Неманом, продвигаясь вверх по рекам и укрепляя свои завоеванные земли бревенчатыми блокгаузами.

В 1232 году на левом берегу Вислы был основан город Кульм (Хелмно), в 1233 году – Мариенвердер. В том же году начался северный Крестовый поход, когда Тевтонский орден объединил силы с князем Конрадом и князем Померелии Святополком и одержал великую победу на реке Дзежгонь, где пало 1500 пруссов. В 1234 году сам хохмейстер приехал с инспекцией в Кульм и Торн (Торунь). Через год Добринский орден объединился с Тевтонским орденом. В 1237 году недалеко от устья Вислы был основан Эльбинг, и братья получили возможность атаковать по Вислинскому заливу. К 1238 году Помезания и Погезания были полностью покорены. Возникло новое государство – Государство Тевтонского ордена (Ordensstaat), которым управляли сами братья; туда приехали немецкие колонисты, причем не только дворяне и бюргеры, но и крестьяне, и получили землю. После катастрофического разгрома ордена меченосцев в 1237 году уцелевшие попросили о слиянии с Тевтонским орденом25, и папа ратифицировал этот союз. Герман фон Балк оставил Пруссию с 60 рыцарями, чтобы стать ландмейстером Ливонии, где он, аналогично хохмейстеру, возглавил иерархию рыцарей. Также был назначен ландмейстер Пруссии, хотя ливонские ландмейстеры всегда пользовались большей независимостью. Через два года он скончался, как и Герман фон Зальца, заложив основы необычайной и поразительной судьбы ордена. Он уже владел Балтийским побережьем протяженностью в две с половиной сотни километров, откуда мог отправлять завоевательные походы во внутренние районы.

Деятельность тевтонских рыцарей в Пруссии и Ливонии отличалась от деятельности их товарищей в Палестине, которым приходилось иметь дело с более развитой по сравнению с ними цивилизацией. Пруссы были воинственными варварами, а их страна, покрытая чащобами и болотами, не была связана с религиозными святынями. Эти племена отличались ужасным вероломством, умели устраивали засады и обращались с пленниками так, что никак не могли вызвать к себе добрых чувств. В хрониках ордена содержится рассказ об участи, постигшей двух рыцарей. Одного поместили между половинами расщепленного ствола дерева, которые удерживали веревками и затем отпустили, так что несчастного раздавило, после чего дерево сожгли. Второго привязали к лошади и прямо на ней втащили на верхушку дуба и развели под ним большой костер. Обычным для них делом было живьем поджаривать захваченных рыцарей прямо в их латах, словно каштаны, перед святилищем своего местного божества.

В 1237 году княжества Киевской Руси неожиданно оказались побеждены монгольской ордой под предводительством внука покойного Чингисхана – хана Батыя, который дотла сжег сам Киев в 1240 году и перебил всех уцелевших. Потом он отправился на запад. В марте 1241 года войско под началом хана Бейбарса уничтожило армию Болеслава Стыдливого. 9 апреля Бейбарс встретил войска герцога Силезии Генриха в Лигнице (Легнице): 30 тысяч поляков и баварцев с тамплиерами и госпитальерами, а также внушительным контингентом тевтонцев под командованием ландмейстера Пруссии Поппо фон Остерны. Христиане недооценили силу монголов, потому что плотный строй противника ввел их в заблуждение. По всей видимости, монголы застали герцога Генриха врасплох. Христиане дрогнули перед ураганным натиском врага под бунчуком с девятью ячьими хвостами и были сметены, братья погибли почти все до единого, хотя Поппо удалось спастись. Голову герцога надели на копье и привезли хану Батыю девять мешков с отрезанными ушами. Спасшиеся верили, что их разгромили с помощью колдовства; штандарт с хвостами описывали как демона «с дьявольским лицом и длинной серой бородой». К счастью, Батый вернулся в Монголию, услышав о смерти хана Угэдэя. (В Венгрии госпитальеры спасли династию королей Арпадов, так как переправили их на укрепленный остров у далматского побережья.)

Ливонский ландмейстер, вдохновленный несчастьями славян, не устрашенный разгромом у Лигница, стал с папского ободрения искать способы расширить свою территорию за счет русских схизматиков. В 1240 году братья перешли реку Нарву, чтобы взять Псков; их целью был Новгород, о чьем богатстве так заманчиво рассказывали немецкие купцы. Православные христиане Руси и католики-тевтонцы не испытывали друг к другу особой приязни. Новгородом правил князь Александр Ярославич, получивший прозвище Невский после его победы на реке Неве в 1240 году, когда он разгромил шведов. Александр тщательно подобрал поле битвы. В апреле русские, которые, если верить «Хронике лифляндского государства», численно превосходили немцев 60 к одному, вывели рыцарей на лед Ладожского озера, который мог выдержать вес легковооруженных славян, но не тяжелой немецкой кавалерии. Погибло двадцать рыцарей вместе с ландмейстером, а также много людей из сопровождающих войск. Фильм Эйзенштейна «Александр Невский» изображает сцену карикатурно, но зритель получает представление о том, какой ужас тевтонские братья внушали балтам и славянам; их огромные лошади, безлицые шлемы, щиты с черными крестами и развевающиеся белые плащи придавали им вид какого-то поистине кошмарного видения. Ледовое побоище положило конец надеждам Тевтонского ордена на экспансию за счет русских земель за Нарвой.

Герцог Померелии Святополк как христианин сначала с энтузиазмом стал союзником ордена, но затем стал проявлять все большее упрямство. Как и венгерский король Андраш, он наконец-то осознал, какая опасная сила складывалась у него по соседству. Слишком много немцев переселилось в Померелию. Строительство Эльбинга в низовьях Вислы и притязания ордена на ее устье беспокоили его не меньше, чем германизация его бывших врагов-пруссов. Лигниц и Ладожское озеро дали ему шанс исправить ситуацию. В конце 1242 года он без предупреждения атаковал братьев, нанеся удар с реки, воспользовавшись своим флотом из двадцати кораблей. В то же время пруссы с помощью своих еще непокоренных сородичей на востоке подняли мятеж и вернулись в язычество. В одном только Кульмерланде погибло 40 тысяч немцев. Верным осталось только одно племя – помезанцы, однако Торну и еще нескольким замкам удалось выстоять.

Ливонию опустошили Миндовг и его дикие литовцы. Он объединил их под своим руководством, убив или запугав соперников-князей, и сделался королем. Он экипировал своих конников кольчугами и мечами, захваченными у германцев или славян, и короткими метательными копьями; они использовали тактику в монгольском духе, но не стреляли из луков, а бросали свои дротики на короткой дистанции. Его пешие солдаты были вооружены пиками, топорами и самострелами. Все свое королевство он привел в боевую готовность, на службу забирали всех боеспособных мужчин, чтобы участвовать в досконально продуманных кампаниях и совершать опустошительные набеги. Он постепенно расширял свою территорию за счет славян, которые либо становились его подданными, либо выплачивали дань. Основанная им династия в будущем продолжит его внушительный объединительный труд и агрессивную политику.

Однако Тевтонский орден к тому времени располагал командориями по всей Германии и достаточными людскими ресурсами, чтобы ответить на вызов. Сто командорий из немецких бейливиков собрались на генеральный капитул в 1250 году. Тем не менее понадобился полномасштабный Крестовый поход, чтобы спасти их братьев в Пруссии, осажденных со всех сторон. В 1254 году к ним на помощь выступила армия из 60 тысяч немцев и чехов под предводительством Рудольфа Габсбургского и Пржемысла-Отакара II, чешского короля. Самый густонаселенный район Пруссии, Земландский полуостров, что севернее дельты реки Преголя, был покорен, и самбийцы, самое богатое древнепрусское племя, оказались завоеваны. Был основан Кенигсберг, названный в честь короля Отакара. Хохмейстер Поппо фон Остерна наконец восстановил порядок и к 1260 году покорил и все западные племена26.

В Ливонии литовцы потерпели поражение, а два способных ландмейстера – Грунинген и Штрукланд – подавили куршей: началось строительство Мемеля, чтобы не дать куршам доступ к оружию. Миндовг заключил мир и якобы обратился в христианство; с благословения папы его короновали королем Литвы. Теперь братья поставили цель объединить Ливонию с Пруссией, завоевав литовское побережье. Однако в 1260 году в Ливонию вторглись племена, которыми Миндовг отказался править. Из-за измены куршей ландмейстер фон Горнгаузен попал в засаду в Дурбе и погиб вместе со 150 рыцарями, среди которых был и маршал Пруссии. Миндовг отрекся от христианства и атаковал, к нему присоединились русские и захватили Дерпт (Тарту). Курши и эстонцы восстали. В 1263 году племянник Миндовга Тройнат разгромил ливонских братьев у Риги и вторгся в Пруссию. Но каким-то чудом и Миндовг, и Тройнат, и Александр Невский умерли в том же году. К 1267 году куршей наконец удалось покорить.

Однако битва при Дурбе ускорила прусский мятеж, который продолжался 13 лет, – «великое отступничество», как называли его братья. Племена объединились под началом Геркуса Мантаса и Глаппо, двух талантливых вождей, которые прожили некоторое время в Германии и понимали тактику рыцарей, а также возможности, предоставляемые лесистой местностью, и знали, как вести осаду замков. Они приобрели арбалеты и камнеметные катапульты, затем перерезали водные пути сообщения. Почти все командории пали, даже Мариенвердер; ливонскому ландмейстеру пришлось спасать Кенигсберг. Чтобы уцелеть, братья действовали под лозунгом «кто против ордена, тот против Христа». Двойные отступники, поклонявшиеся змеям, не могли надеяться на милость. Племена бесследно исчезли, их деревни были стерты с лица земли, прусских «капитанов» (вождей) похищали или загоняли, как зверей. Тевтонцы копировали прусскую тактику, посылая рейдерские отряды глубоко в лесную чащу со вспомогательными войсками из дружественных племен. Не щадили никого. В 1273 году ландмейстер Пруссии Конрад фон Тирберг, окончательно подавив своих мятежных подданных, не остановился на этом и отправился покорять тогда еще независимые племена. Их последний вождь Скурдо опустошил собственные земли и отвел людей в Литву. К концу 1283 года в Пруссии оставалось лишь 170 тысяч пруссов.

Нет никаких сомнений, что рыцари находили оправдание в Ветхом Завете. «И поразил Иисус всю землю нагорную и полуденную, и низменные места, и землю, лежащую у гор, и всех царей их: никого не оставил, кто уцелел бы, и все дышащее предал заклятию, как повелел Господь Бог Израилев; поразил их Иисус от Кадес-Варни до Газы, и всю землю Гошен даже до Гаваона; и всех царей сих и земли их Иисус взял одним разом, ибо Господь Бог Израилев сражался за Израиля». Многие ландмейстеры, похоже, видели себя в роли Иисуса Навина.

Эти первые тевтонские рыцари были известны педантичным соблюдением орденского устава27. От них требовалось полное самоотречение, единственное дозволенное имущество составлял меч28 и одежда, они имели право только на хлеб и воду; никому из братьев не разрешалось использовать родовой герб – единственным украшением был черный крест, хотя на ливонских знаменах еще изображалась Дева Мария. Шубы, незаменимые в балтийскую зиму, полагалось шить из козьих или овечьих шкур. Борода была обязательной. Братья спали полностью одетые, с мечом, и поднимались ночью, чтобы произнести молитвы. В пост или адвент никто не ел мяса, рацион ограничивался кашей и изредка яйцами. Библию читали во время каждой трапезы. Каждую пятницу происходило самобичевание; чтобы еще более умертвить плоть, иногда кольчужную рубаху надевали прямо на голое тело. Во время военных кампаний рыцари каждый день слушали мессу перед рассветом в маршальской палатке, где проходило богослужение в предписанные часы. На марше и в обители предписывалось хранить молчание. На поле боя маршалы дисциплинировали войска дубинками. Едва ли приходится удивляться, что эти строгости в течение второй половины XIII столетия начали постепенно слабеть.


Командория Тевтонского ордена в Редене (Западная Пруссия), как она, вероятно, выглядела в конце XIII в. Четыре крыла образуют часовню, дормиторий, трапезную и дом капитула, укрепленные снаружи, а на верхнем этаже расположены крытые галереи на тот случай, если враги проникнут по внутренний двор


Триумф в Прибалтике был омрачен падением Утремера. В 1271 году тевтонцы потеряли Штаркенберг, в 1291 году – немецкий госпиталь вместе с Акрой. Армения пала перед мамлюками, Греция – перед византийцами. Хохмейстер напрасно ждал в Венеции Крестового похода, который вернул бы Святую землю. В 1308 году архиепископ Рижский, надеясь вернуть контроль над городом, попросил папу Климента V приструнить Тевтонский орден по причине его роскошеств, жестокости и несправедливости; последовали обвинения в содомии и колдовстве. В 1309 году хохмейстер Зигфрид фон Фейхтванген перевел Великую командорию в Мариенбург, а пост ландмейстера Пруссии слился с постом хохмейстера.
?


iii-ism--hususij.html

iii-j-blm---elmi-praktik.html

iii-kattailmiyxodimlar.html

iii-klinicheskij-etap--.html

iii-kursus---noarootsi-2.html